Прошло пять лет с тех пор, как Сальвадор первым в мире сделал Bitcoin законным платежным средством. Страна должна была получить финансовую доступность, дешевые переводы и новые инвестиции. На практике массового использования BTC так и не случилось — зато сам Bitcoin получил то, чего раньше у него не было: государственный прецедент.
Массового перехода на Bitcoin не произошло
Когда Nayib Bukele объявлял о Bitcoin-эксперименте в 2021 году, одним из главных аргументов была финансовая доступность. Тогда банковский счет имели лишь 35,9% жителей страны старше 15 лет.
Но исследования показали, что Bitcoin чаще начинали использовать молодые, городские и более образованные сальвадорцы — причем многие из них уже имели доступ к банковской системе. Иными словами, BTC почти не решил проблему тех, ради кого эксперимент официально запускался.
Государственный кошелек Chivo предлагал каждому новому пользователю $30 в Bitcoin, но более 60% ранних пользователей после расходования бонуса больше не совершили ни одной транзакции.
На переводы через крипту пришлось около 1%
Еще одно обещание касалось дешевых международных переводов.
Для Сальвадора это особенно важно: в 2024 году денежные переводы из-за рубежа составляли около 24% ВВП, причем примерно 98% приходили из США.
Но здесь обнаружилась особенность: Сальвадор уже использует доллар США. Значит, одно из основных преимуществ Bitcoin — экономия на валютной конвертации — почти исчезало.
К 2024 году через криптокошельки проходило лишь около 1% денежных переводов.
Похожая картина наблюдалась и в обычной торговле. Журналист Joe Nakamoto проверил 21 магазин в торговом центре Сан-Сальвадора: Bitcoin принимали только четыре, а без проблем провести платеж удалось лишь в одном.
IMF фактически свернул самую радикальную часть эксперимента
В декабре 2024 года Сальвадор договорился с Международным валютным фондом о программе финансирования на $1,4 млрд.
Одним из условий стало сокращение роли государства в Bitcoin-проекте.
После изменения закона принятие BTC бизнесом стало добровольным, налоги снова требовалось платить в долларах, а участие государственного сектора в Bitcoin-инфраструктуре ограничили. Фактически от первоначальной модели обязательного Bitcoin-эксперимента осталась гораздо более мягкая версия.
IMF позже заявил, что не обнаружил доказательств заметной пользы Bitcoin для финансово исключенных граждан.
Для Bitcoin результат оказался намного сильнее
Если оценивать проект по первоначальным экономическим обещаниям, результаты выглядят слабо.
Но для самого Bitcoin Сальвадор сделал нечто действительно историческое.
До 2021 года идея государства, официально использующего BTC, существовала в основном в теориях и на криптоконференциях. Сальвадор превратил ее в реальный политический эксперимент.
После этого вопрос изменился с «может ли государство принять Bitcoin?» на «почему оно еще этого не сделало?».
Страна одновременно получила огромную известность внутри глобального Bitcoin-сообщества. В Сальвадор переехали известные сторонники BTC, а Bitcoin Beach в El Zonte продолжает работать как одна из наиболее заметных локальных Bitcoin-экономик даже после отмены обязательного приема криптовалюты.
«Bitcoin получил proof of concept, Сальвадор — мировую сцену»
Именно здесь появляется главный парадокс эксперимента.
Сальвадор не стал страной, где большинство людей ежедневно расплачиваются Bitcoin. Но он превратился в глобальный символ государственной Bitcoin-политики.
Samson Mow сформулировал результат просто: Bitcoin получил доказательство концепции, а Сальвадор — международную платформу.
Критики идут дальше. По мнению исследователя Tobias Boos, символический эффект оказался значительно сильнее для международного Bitcoin-сообщества, чем экономический — для самих жителей страны.
Joe Nakamoto описывает стратегию еще жестче: она больше напоминает маркетинговую кампанию, рассчитанную на иностранцев с капиталом, чем полноценную экономическую программу для сальвадорцев.
У Bitcoin-истории есть и политическая цена
Оценивать эксперимент отдельно от фигуры Bukele трудно.
С одной стороны, его жесткая политика против преступных групп резко изменила безопасность страны: официальный уровень убийств снизился с 53,1 на 100 000 человек в год его прихода к власти до 1,3 на 100 000 в 2025 году.
С другой — правозащитные организации обвиняют власти в массовых произвольных задержаниях, нарушениях процессуальных прав и концентрации власти.
Для Bitcoin-сообщества это создает неудобный конфликт: технология, построенная вокруг идеи индивидуальной свободы, получила крупнейший государственный эксперимент благодаря лидеру, использующему чрезвычайно жесткую модель управления.
Пять лет спустя итог можно сформулировать довольно просто: Bitcoin изменил международный образ Сальвадора сильнее, чем повседневную финансовую жизнь большинства его жителей.
И, возможно, именно поэтому эксперимент одновременно можно считать экономическим разочарованием и одной из самых успешных PR-кампаний в истории Bitcoin.